Поиск по сайту
Колонка редактора
06.10.2020 21:21

Про ожоги, несовместимые с нижегородской жизнью

Почему смерть журналиста  так потрясла город, страну и мир.
Главный редактор
Александр Седов
Нижний Новгород. 06 октября. NewsRoom24.ru - Писать некролог – трудно, еще сложнее, если он на смерть Ирины Славиной. Человека, с которым ты учился, работал, дружил. И сегодня проводил в последний путь.

В пятницу я попытался набрать на ноутбуке несколько слов – не получилось. Говорить «она сгорела на работе» – пафос, идиотия, пошлость. А других слов – простых, емких, доходчивых – пока нет.

Принять её поступок нельзя, понять – можно. Надо просто знать Иру, помнить о том, как она работала и скольким людям помогла. Оттого жалкими выглядят комментарии незнакомцев: одни задним числом советовали Ирине сменить профессию, другие - обратиться к психологу, третьи - совершить акт самосожжения не у здания ГУ МВД, а напротив особняка ФСБ. Дескать, так ей, «кровавой гэбне» и надо.

Эксперты, которые с дивана четко видят, как надо правильно жить и правильно умирать, настолько накалили информационное поле, что все мы за эти выходные еще больше обозлились. Обвинители – из-за своего цинизма и желчи, защитники – из-за ответного гнева.

Только вот спорить не о чем. Нижний Новгород потерял одного из немногих журналистов, кто мог написать о том, о чем другие боялись или стеснялись сказать, а, может, и не хотели: «как бы чего не вышло». Журналист не должен быть лояльным, он, наоборот, должен быть неудобным, болеющим за то, о чем пишет, помогающим тем, кому трудно.

Сегодня на панихиду пришли тысячи людей, кто обращался к ней за помощью. И она защищала их, писала запросы, требовала разобраться, была народным адвокатом. Точнее, адвокатом народа. Вспомните, давно ли в Нижнем хоронили журналистов как национальных героев, провожая туда, откуда не возвращаются, длительными аплодисментами? Я не помню такого. 

А еще была благотворительность, о которой Ира из скромности не говорила. Расскажу сам – сейчас можно и даже нужно. Пять лет назад мы вместе (она, Сергей Раков и я) затеяли проект «Дай лапу, друг». Ежегодно отправляли большой караван с гуманитарной помощью собачьим приютам: корма, лекарства, зоотовары, деньги. Центнерами собирали! И везли всё это тем, за кого в ответе, хоть и не приручали.  А еще был - и надеюсь, будет – городской фестиваль «Цветик-Семицветик». Его организовывали для детей-инвалидов. Только представьте: договаривались с «Арсеналом», искали волонтеров, привозили колясочников с мамочками, приглашали артистов, дарили ребятам подарки. Они же ведь почти из дома не выходят, для них это одно из самых ярких событий – побывать в Кремле, увидеть город, почувствовать себя в центре внимания. И Ира была душой  этого Оргкомитета, куда, кстати, входили самые разные люди: от чиновников и депутатов – до домохозяек и психологов.

И никто тогда не говорил про «пятую колонну», про нежелательные организации, шпионов, Ходорковских и Навальных. Все были вместе – и те, кто за Путина, и те, кто за Зюганова, и те, кто «против всех». Чем не единая Россия – без привычных кавычек?

Оттого и больно смотреть на всех шипящих  вслед гробу Ирины. Вы сначала сделайте хоть унцию того, что сделала она, и тогда раздувайте капюшон.

Про силовиков -  отдельный разговор. В пятницу ночью я отвез на место гибели Ирины розы. Во всём мире это негласная норма – устраивать временный мемориал там, где случилась трагедия. И только у нас – повод нагнать Росгвардию, привезти вплотную к зажженным свечам автозак и в окружении траурных цветов ждать врагов народа. Долго ещё не забуду, как в ночной тишине стоял у портрета Иры с парой гвардейцев, которые подошли ко мне на всякий случай. И ведь не уходили, пока я не покинул этот стихийный мемориал.

Когда им бороться с бандитизмом и ловить жуликов? А коммунальщикам когда приводить город в порядок и разбирать свалки? Вместо этого «расхитители гробниц» занимались ежедневной уборкой свечей и цветов. Больше в Нижнем Новгороде убирать нечего, да-да. Потом, конечно, губернатор осудил борьбу с народной памятью, и «вандализм» тут же прекратился. А сами столоначальники низшего и среднего звена не могли понять, что так нельзя? Неужели в тиши партийных кабинетов не понимают, что им никакая оппозиция вообще не нужна? Они сами взрастят ненависть к себе. Даже у тех, кто был лоялен к власти. И сами же осудят дерзновенных по статье за неуважение к себе любимым. Мы продолжаем это терпеть, Ира терпеть больше не смогла.

СК уже застраховался от «производственной травмы», заявив, что обыски и самоубийство Иры никак не связаны. Ну, конечно же, не связаны, кто же спорит?! Ранним утром вломиться в дом к свидетелю(!), перевернуть квартиру вверх дном, вытащить всю технику – это ж радость вселенская! Они кому это говорят? 

И ни слова про травлю Иры в телеграм-каналах, где её костерили последние три недели. У силовиков глаукома на оба глаза – ничего не видят. Это же не телеграм-канал Пичугина, за который можно сначала устроить «маски-шоу», а потом затаскать по судам. Это «свои», поэтому, наверное, и не трогают.

Я не знаю, что будет дальше. Возможно, уже ничего и не будет. Многие нижегородцы подставили обе щеки, позволили оскорбить себя. И мы еще надеемся, что нас будут уважать. Не будут, потому что мы порой сами себя не уважаем.

А Иру очень-очень жаль. Спи спокойно, друг.
Еще в рубрике
 
Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Защита от автоматических сообщений